Социальную адаптацию заключенных пустили на самотек


Ответственные госорганы заявляют, а общественные организации в принципе поддерживают, что условия содержания в местах заключения в Беларуси нормальные. Хромает только социализация.

Image

Заключенные в Беларуси содержатся в нормальных условиях, а дисциплинарная практика сбалансирована, заявил 28 ноября на пресс-конференции в Минске заместитель начальника отдела по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний Генеральной прокуратуры Беларуси Олег Старостин.

По его информации, в органах прокуратуры за январь-октябрь текущего года разрешено 800 жалоб заключенных, «большинство которых касались неприменения к ним амнистии, но не условий содержания».

Отвечая на вопрос, не слишком ли жестки тюремные законы, Олег Старостин сказал, что треть взысканий — это замечания, профилактические беседы. «А авторитетов в местах лишения свободы Беларуси нет, — считает он. — 96% заключенных берут на себя обязательства послушного поведения, что автоматически означает подчинение не преступным законам, а администрации».

Олег Старостин подчеркнул, что госорганы «не заинтересованы в особо жестких условиях в местах заключения, а заинтересованы в соблюдении закона и дисциплины в местах заключения».

 

Нужен общественный контроль

Правозащитники уже много раз поднимали вопрос о необходимости гуманизации белорусской пенитенциарной системы и введения общественного контроля за тюрьмами. 

Однако на данный момент лишь одна правозащитная организация — «Платформ инновейшн» — получила право на посещение ее сотрудниками мест заключения. 

«Платформа» и ранее проводила мониторинг отечественной пенитенциарной системы, опираясь на свидетельства освободившихся из мест заключения. Однако, как отмечала руководитель общественной организации Елена Красовская-Касперович, «отсутствие доступа в пенитенциарные учреждения не давало возможности реально оценить обстановку в местах лишения и ограничения свободы и, соответственно, представлять пути и возможности решения существующих проблем».

С 2007 года места заключений инспектируют члены Республиканской общественной наблюдательной комиссии при Министерстве юстиции. Как сообщила председатель комиссии Татьяна Кравченко, за это время были посещены 25 мест лишения свободы.

«Осужденные находятся в нормальных условиях, — считает Татьяна Кравченко. — Об условиях их содержания ничего плохого сказать не могу. Мы видим уважительное отношение к администрации и друг к другу. Безусловно, правила распорядка там должны выполняться обязательно».

 

Труд — элемент социальной справделивости

Ежегодно в местах лишения свободы четыре тысячи заключенных получают специальность, сообщила инспектор отделения воспитательной работы со спецконтингентом в ИУ, СИЗО и ЛТП управления по организации исправительного процесса Департамента исполнения наказаний МВД Елена Золотарская. В пенитенциарной системе действует 18 ПТУ, где заключенные учатся «без отрыва от производства». Работают почти все — 97% трудоспособных заключенных.

Обязанность работать прописана в нормативных актах и распространяется на всех за исключением людей с инвалидностью и пенсионеров. Заключенные изготавливают мебель, шьют одежду, выполняют заказы крупных предприятий. При этом «участвуют в тендерах и работают в равных условиях с другими предприятиями». Условия труда контролируются инспекцией по труду, а трудовой процесс регламентируется Кодексом о труде.

Заключенные, которых поддерживают семьи, менее заинтересованы в результатах труда, то есть в заработке, тогда как потерявшие социальные связи наоборот — более заинтересованы, отметила Елена Золотарская.

Назвать средний размер зарплаты отбывающих наказание чиновник затруднилась, сославшись на то, что она отличается в зависимости от вида деятельности и результатов труда.

Как рассказал председатель религиозной миссии «Синодальный отдел по тюремному служению Белорусской Православной Церкви» Георгий Лопухов, некоторые заключенные говорят, что на руки получают до трех миллионов рублей. Например, столько в местах заключения зарабатывает сварщик.

Из зарплаты высчитывается сумма за содержание в исправительном учреждении, штрафы, выплаты по решению суда.

По данным «Платформ инновейшн», за коммунальные услуги и питание с каждого работающего заключенного высчитывается до миллиона рублей в месяц. Обходится же содержание одного заключенного, с учетом затрат на содержание контролирующего состава, в среднем в 2,2 млн. рублей.

При этом, как отметил представитель Генпрокуратуры Олег Старостин, многие заключенные даже на оплату питания и коммунальных услуг не зарабатывают.

Олег Старостин подчеркнул, что считает важным и полезным для реабилитации заключенных трудовую деятельность.

«Если бы они не трудились, как можно было бы соблюсти принцип социальной справедливости? У нас есть потерпевшие. Кто бы возмещал ущерб? Если осужденный не занят трудом, у него начинаются проблемы. Они выясняют, кто есть авторитет, не авторитет. Другое дело, когда люди заняты трудом и участвуют в воспитательной работе. Мы как государственный орган заинтересованы, чтобы люди вошли в общество. И для этого многое делается. Если человек этого не хочет, здесь ничего не поделаешь», — сказал Олег Старостин.

 

Освободившиеся из мест лишения свободы никому не нужны?

В 2011 году органы прокуратуры провели анкетирование среди бывших заключенных, которые после отбытия наказание в течение трех лет не совершали новых преступлений. Большинство из бывших заключенных сказали, что не нарушали закон, так как имели семью и работу. Около 17% заявили, что им помогли воспитательные мероприятия, проводившиеся в местах заключения, а 18% отметили страх возвращения за решетку.

«И все же институт социализации осужденных до конца не сформирован в Беларуси», — отметил Олег Старостин. Генпрокуратура сделала такой вывод на основании анализа социальной адаптации осужденных, который был проведен по всей стране.

В корне изменить ситуацию при существующем законодательстве крайне сложно: «Социальная адаптация осужденных регулируется где-то ведомственными актами, где-то законодательными».

В связи с этим Генпрокуратура планирует на совете по правовой деятельности при президенте в декабре представить «большой объемный труд с предложениями изменить законодательство, а именно — разработать и принять закон о социальной адаптации, в котором будет прописан весь механизм социальной адаптации осужденных».

По мнению Олега Старостина, важно четко прописать, кто чем должен заниматься и за что отвечать в этой сфере.

Он выразил надежду, что если инициатива Генпрокуратуры будет принята, ситуация с социальной адаптацией улучшится.

Говоря о положении дел в настоящее время, Олег Старостин отметил, что люди, освобожденные из мест лишения свободы, могут обращаться за социальной помощью в органы соцзащиты. В случае если у них нет жилья, на некоторое время можно поселиться в домах ночного пребывания, которых в Беларуси насчитывается двенадцать.

По словам Старостина, у нас нет такого, чтобы «повально люди освобождались, и им было некуда идти, таких единицы».

Однако такие факты все же есть, отметила руководитель «Платформ инновейшн» Елена Красовская-Касперович. Она привела пример, когда человек вернулся из мест заключения, а его дом оказался разрушен. Поскольку родственников у него не было, ему оказалось негде жить.

«Наш анализ свидетельствует, что после выхода человека из мест лишения свободы никто не озабочен его соцадаптацией», — сказала Красовская-Касперович.

Елена Золотарская же отметила, что этот процесс идет уже в местах заключения. По ее словам, с заключенными проводится реадаптация за три месяца (за шесть месяцев с людьми с инвалидностью и сиротами) до выхода на свободу. Кроме того, начиная с первых дней отбывания наказания, с ними работает психолог согласно плану, который составляется на основе условий жизни заключенного на свободе.


Naviny.by
 

Курсы валют

Валюта Покупка Продажа
USD 2.48 2.49
EUR 2.905 2.92
RUB 3.326 3.35

Внимание! Опрос!

Какие жанры кинофильмов Вам больше нравятся?
 

Календарь событий